Ад

(лекция четвертая)

Глаз за глаз. Око за око.
Выбор - нет свободней.
Когда копаешь глубоко - 
Рискуешь оказаться в преисподней.

Следую коридорами ада.
Странно, но стены здесь не воют от боли.
Приятно веет прохладой.
На языке легкое ощущение соли.

Перемещаясь среди высоких и низких 
(Как люди) потолков,
Подсознательно ищу близких,
Что здесь, как нигде, нелегко.

Там,  наверху, мне обещали мерзость.
Впрочем, дело времени и вкуса.
Я ведь жил в стране, где только дерзость
Спасала от червей и гнуса.

Кстати. Если заменить “наверху” на “вверху”,
А так же “спасает” на “выручает”,
Стих будет гладким. А такому стиху
Путь сюда заказан. Не пущают.

Со временем приходит на ум,
Что Богу просто  удобно
Вершить свой суд не наобум,
А подобное наказывать подобным.

Во-первых, так проще,
Во-вторых, - быстрее.
А то веди, понимаешь, каждого в рощу,
Бей, понимаешь, чем-то тяжелым по шее... 

Сибарит приходит в ужас, глядя на спартанца.
Черная похлебка ему страшнее ада.
Мне был бы ад сходить на танцы.
А здесь одиноко. О-кей! Так надо.

Здесь действительно антипод рая.
Я умываюсь улыбкой дилетанта, 
Нашедшего рифму (не убирая
Со счетов многострадального Данта).

Вору в наказание бездонный карман,
Дон-Жуану - ненасытную бабу,
Кашалота и кальмара - в океан.
В болото - пиявку, жабу.

У каждого солдата своя рота.
У каждого йога своя нирвана.
И как кашалот боится болота, 
Так жаба ужасается океана.

И нечего в ступе воду тереть
От конкретного до дискретного.
Я и до этого не боялся умереть.
А после этого...

Такое, господа, хмели-сунели.
Что верно - то не картинно.
Чрезмерная эпистолярность приводит к дуэли,
Поэтому не пишите длинно.